EN
EN

Отрасли

  • Некоммерческие организации
  • Пищевая промышленность
  • Розничная торговля
  • Сельское хозяйство
  • Спорт
  • Страхование
  • Телекоммуникации, медиа и технологии
  • Транспорт
  • Туризм, гостиничный бизнес и индустрия развлечений
  • Частные и венчурные инвестиции
  • Экология и обращение с отходами
  • Энергетика и атомная промышленность
Практики и отрасли

Страховое возмещение по ОСАГО может быть больше, чем цена автомобиля при его покупке.

НовостьКонтакты для прессы: pr@lp.ru

Верховный Суд посчитал, что с учетом принципа свободы договора и различных мотивов продажи машины цена в договоре купли-продажи может не соответствовать ее действительной стоимости.

Адвокат истца Николай Зорин сообщил «АГ», что 10 февраля 2019 г. благоприятное для доверителя решение первой инстанции устояло в Ростовском областном суде, который в соответствии с определением ВС рассмотрел дело повторно. Один из экспертов отметил, что цена договора чаще всего отражает субъективную стоимость товара для сторон договора и может расходиться со стоимостью затрат на изготовление машины и стоимостью ее отдельных комплектующих. Второй подчеркнул, что при определении действительной рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП нельзя руководствоваться ценой, указанной в договоре купли-продажи, если стороны против этого возражают, а у суда имеются иные доказательства.

В январе Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда рассмотрела вопрос о том, может ли страховое возмещение по ОСАГО превышать стоимость автомобиля, указанную в договоре при его покупке (Определение по делу №41-КГ19-42).

В январе 2018 г. произошло ДТП, в результате которого был поврежден автомобиль Александра Чередниченко. Мужчина обратился в АО «АльфаСтрахование», поскольку именно в этой компании была застрахована гражданская ответственность виновного в аварии. Однако «АльфаСтрахование» отказалось выплачивать возмещение со ссылкой на заключение эксперта о том, что заявленные повреждения не могли быть причинены в этом дорожно-транспортном происшествии. Александр Чередниченко направил страховщику претензию, к которой приложил заключение эксперта с определением стоимости повреждений автомобиля.

Поскольку «АльфаСтрахование» никак не отреагировало, мужчина обратился в Каменский районный суд Ростовской области с требованием о взыскании с ответчика 252 тыс. руб. страхового возмещения, 5 тыс. руб. компенсации морального вреда и 126 тыс. руб. штрафа за неисполнение требования потребителя в добровольном порядке.

Суд назначил автотехническую экспертизу, по результатам которой стало ясно, что повреждения автомобиля истца образовались в результате того самого ДТП, стоимость их устранения с учетом износа составляет 252 тыс. руб. В декабре 2018 г. иск был удовлетворен частично. Суд взыскал страховое возмещение и штраф в заявленном размере, а сумму компенсации морального вреда снизил до 4 тыс. руб.

В марте 2019 г. судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда отменила акт нижестоящей инстанции. По результатам апелляционного рассмотрения в пользу Александра Чередниченко было взыскано лишь страховое возмещение в размере 200 тыс. руб.

Ростовский областной суд указал, что возмещение вреда должно обеспечивать восстановление нарушенного права, но не может приводить к неосновательному обогащению. Вторая инстанция установила, что в январе 2018 г. истец купил свой автомобиль за 200 тыс. руб., и решила, что размер страхового возмещения не должен превышать эту сумму. Отказывая в удовлетворении исковых требований в части компенсации морального вреда и штрафа, суд сослался на злоупотребление правом.

Александр Чередниченко обжаловал апелляционное определение в Верховный Суд РФ. Во всех инстанциях интересы мужчины представлял адвокат АП Ростовской области Николай Зорин. По его словам, суд апелляционной инстанции самостоятельно пришел к выводу о необходимости уменьшения суммы страхового возмещения в связи с более низкой стоимостью автомобиля, отраженной в договоре купли-продажи. Страховая компания указанный довод не заявляла.

Адвокат рассказал «АГ», что в кассационной жалобе в ВС он настаивал на необходимости разграничения понятия цены договора и реальной стоимости имущества. В частности, Николай Зорин обращал внимание на п. 6.1 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением ЦБ РФ от 19 сентября 2014 г. № 432-П, согласно которому при принятии решения о величине стоимости транспортного средства до ДТП необходимо принимать ее равной средней стоимости аналога на момент ДТП по данным имеющихся информационно-справочных материалов.

ВС согласился с тем, что в данной ситуации имеет значение действительная стоимость автомобиля на день наступления страхового случая. В отличие от этой величины, цена договора купли-продажи – это согласованная сторонами денежная сумма, которую покупатель обязан уплатить продавцу за вещь (п. 1 ст. 454 ГК РФ). С учетом свободы договора и различных мотивов продажи автомобиля цена договора купли-продажи автомобиля может не соответствовать действительной стоимости машины, подчеркнула судебная коллегия.

Если у суда апелляционной инстанции возникли сомнения в том, что стоимость восстановительного ремонта превышает стоимость автомобиля, то он должен был вынести это на обсуждение сторон, а также обсудить вопрос о назначении судебной экспертизы для установления стоимости автомобиля на момент страхового случая, указано в определении.

Не согласилась Судебная коллегия по гражданским делам и с отказом во взыскании с ответчика компенсации морального вреда и штрафа по мотиву злоупотребления истцом правом. Сославшись на положения п. 86 Постановления Пленума от 26 декабря 2017 г. № 58, ВС отметил, что нижестоящая инстанция не указала на обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать об этом.

Напротив, подчеркнул Суд, частично удовлетворяя требования истца о взыскании страхового возмещения, областной суд тем самым признал факт нарушения обязательств ответчиком и обоснованность исковых требований, однако вопреки этим выводам отказал во взыскании компенсации морального вреда и штрафа в полном объеме. Таким образом, в обжалуемом определении содержится противоречие между выводами об удовлетворении требований истца и выводами о его недобросовестности, заключил ВС.

Для устранения существенных нарушений материальных и процессуальных норм Суд направил дело на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию.

Николай Зорин сообщил «АГ», что 10 февраля 2019 г. благоприятное для доверителя решение первой инстанции было оставлено в силе Ростовским областным судом (дело № 33-2258/2020).

Комментируя позицию ВС, адвокат АБ «Линия права» Кирилл Коршунов отметил, что цена продажи имущества по умолчанию признается рыночной и соответствующей его действительной стоимости, то есть той цене, по которой этот товар купит большинство покупателей на рынке. «Однако так происходит не всегда. Как правильно отметил Верховный Суд, цена купли-продажи автомобиля может не соответствовать его действительной стоимости. Определение цены в договоре очень субъективно. Не исключено, что покупатель был готов заплатить за машину больше, но зачем, если продавец согласен продать за более низкую цену?» – добавил адвокат. Именно поэтому цена договора отражает чаще всего субъективную стоимость товара для сторон договора и может расходиться со стоимостью затрат на изготовление вещи и стоимостью ее отдельных комплектующих, отметил эксперт.

Кирилл Коршунов подчеркнул, что в контексте страхового возмещения речь, напротив, идет о стоимости автомобиля как о совокупности стоимостей его комплектующих, материалов, работы и ряда иных факторов, то есть об объективной стоимости вещи. «Кроме того, в законе прямо указано, что при определении страхового возмещения необходимо устанавливать объективную стоимость, поэтому вывод Верховного Суда, на мой взгляд, является справедливым», – заключил адвокат.

Адвокат АП Калужской области Дмитрий Кияшко полагает, что Судебная коллегия по гражданским делам ВС исправила явные и грубые ошибки апелляционной инстанции. «Судьи областного суда проигнорировали нормы права и разъяснения Пленума ВС в угоду собственным представлениям о справедливости, которые у любого человека не без изъяна, и по существу приняли самоуправное решение. К сожалению, такой подход в апелляции, избалованной отсутствием действенного надзора со стороны кассационной инстанции, не редкость», – отметил эксперт.

По словам адвоката, позиция Верховного Суда полностью согласуется с действующим регулированием и его собственными разъяснениями высшей судебной инстанции. «В частности, Судом верно указано, что решение о необходимости восстановительного ремонта должно приниматься на основании объективных сведений о действительной стоимости автомобиля на момент ДТП, которая определяется в соответствии с п. 6.1 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, а не на дату заключения договора купли-продажи автомобиля», – указал Дмитрий Кияшко.

Адвокат подчеркнул, что при определении действительной рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП нельзя руководствоваться его ценой, указанной в договоре купли-продажи, если стороны против этого возражают и у суда имеются иные доказательства. «В этом деле истец заявил требования, исходя из рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП, отличной от его договорной цены, представил соответствующее заключение, подтвержденное затем судебной экспертизой. Отказывая истцу при таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции по существу наказал его за участие в “налоговой оптимизации” при покупке автомобиля совершенно неуместно», – считает Дмитрий Кияшко.

Автор: Екатерина Коробка

Источник: Адвокатская газета